Чтобы понять, как и чем живут приморские поселки и сельские районы Севастополя, туда нужно ехать в межсезонье, когда нет туристов.
То, что Севастополь заканчивается прямо на площади Захарова, понимаешь, как только садишься в автобус. До Андреевки ехать 40 минут. В городе я бы заплатила за такую поездку (например, из Камышей на 5-й км или на Корабельную сторону) рублей 20. Здесь ценообразование происходит на глазок — сначала с меня взяли 60 рублей, на обратном пути — всего полтинник.
Автобус — убитый желтый «Богдан», в котором неимоверно трясет. Транспортные карты, конечно же, совсем не в ходу.
«Хочешь сказать, что в городе уже весь общественный транспорт привели в порядок?», – спорим мы в соцсетях.
Нет, не весь. Но, во-первых, в городе у жителей большинства районов есть выбор. Можно дождаться троллейбус, они сейчас ходят довольно часто. Во-вторых — поездка по новым городским дорогам совсем не похожа на душевытряхивающий аттракцион в сельской зоне. А люди так каждый день ездят — на работу в город, отдавая 60 рублей только за то, чтобы добраться до катера.
Севастопольские муниципалы редко подают голос на заседаниях Правительства города, но, когда один из них недавно попросил рассмотреть вопрос о появлении государственных автобусов большой вместимости на сельских маршрутах, он был прав. Было бы здорово, если бы руководители, отвечающие за транспортную инфраструктуру, как-нибудь сами проделали этот путь — сначала катер, потом автобус в Качу или в Андреевку. Для понимания, почему задача «проработать вопрос по появлению государственных маршрутов в сельской зоне», поставленная Развожаевым недавно — одна из первоочередных задач.
Впечатления от самой Андреевки были более позитивными. В отличие от города, где жители жалуются на переполненные мусорки, а листву из дворов после жалоб губернатору вывозят грузовиками, в Андреевке чисто. Здесь никто не оправдывается «активным листопадом», здесь просто работают уборщики от подрядчика. Работают и получают деньги по контракту, а не осваивают сотни миллионов по актам, как в городе.

Чисто в урнах, чисто на всем протяжении кипарисовой аллеи и на параллельной дорожке к морю, чисто в парке и на пляже. У нас так убирают только дворники ГБУ «Парки и скверы» возле здания Правительства города. Качество работы подрядчиков в остальных районах города никто не контролирует.
Контейнеров я так и не увидела, зато встретила молодую женщину с ребенком, выносившую мусор. На вопрос о контейнерах она неопределенно махнула — да там, за стадионом. Свой мешок она понесет на довольно приличное расстояние — в отличие от городских микрорайонов, здесь никто не бросает мусор где попало. Там, где убирают, люди ценят чистоту.
В Андреевке очень много новых спортивных объектов. Повсюду можно встретить или игровую площадку, или уличные тренажеры. Хороший новый стадион есть на территории школы, а сразу за ней строят современное футбольное поле. Спортплощадки не пустуют, там идут детские тренировки.
Спортивные объекты здесь сделаны для людей, а «не для галочки» – над уличными тренажерами даже навес есть. Сломанных тренажеров и порванных сеток, как это часто бывает на таких площадках в городе, в Андреевке я не увидела.
Еще одно отличие от города – в поселке полностью отсутствует стихийная торговля. Предприниматели работают в ларьках, точек не много и все - одного типа. Закрываются магазинчики довольно рано, к 19 часам уже все закрыто, на территории этого минирынка тоже чисто.

С благоустройством сложнее. Видно, что деньги в село вкладываются, но все новое выглядит, как заплатка – нет ощущения комплексного подхода. Вот здесь участок с нормальным освещением, а чуть дальше, напротив здания администрации – стоят старые опоры и висят спутанные провода. Здесь участок новой дороги со свежей разметкой — а напротив «убитый» Дом культуры и разбитая временем мостовая вокруг него.

В сельских округах подрядчикам, как правило, могут предложить только малые объемы – а нормальным подрядным организациям такие объекты не интересны. И все же работы по ремонту освещения должны продолжиться уже в этом году, а вот ремонт Дома культуры, давно обещанный жителям Андреевки, начнется только в следующем.
Благоустройство набережной и пляжа можно описать так — бедненько, но чистенько.



Зато московских денег — на мой взгляд, даже с избытком, хватает на проекты по благоустройству скверов и парков в городе. Эти изменения очень заметны — здорово, когда на месте пустыря появляется современное уютное место отдыха — как сквер им. Астана Кесаева на одноименной улице. Замечательно, что наконец-то началась реконструкция парка им. Марии Байды (или Комсомольского парка) в центре города, там были аллеи в ямах и тьма после заката.
В районе администрации Гагаринского района, в общем-то была и плитка, и относительно ровный асфальт, и освещение. Но теперь этот район должен заметно преобразиться — за 344 миллиона рублей здесь появятся даже бронзовые скульптуры.
Это далеко не все затраты на благоустройство вдоль проспекта — участок, прилегающей к улице Фадеева, идет как отдельный объект, госзаказчиком там выступает управляющая компания.
Сейчас депутаты Гагаринского муниципалитета в соцсетях рассказывают и показывают, как изменится пространство вдоль проспекта Октябрьской революции. Роль муниципалов в реализации этого проекта именно такова — «подсвечивать» в соцсетях и себя, и благоустройство, к которому они имеют очень косвенное отношение. И делают они это настолько часто, что хочется спросить — в округе дел больше нет? Не проконтролировать ли вам, для разнообразия, выполнение контрактов управляющих компаний на уборку?Поймите правильно — город меняется, наши дети учатся в новых школах и играют в благоустроенных парках, и я благодарна за это и тем, кто выделяет федеральные и московские деньги, и тем, кто работает над этими преобразованиями. Логику чиновников, принимающих решения о первоочередности бюджетных расходов, тоже можно понять. Гагаринский район — самый густонаселенный район города. Здесь всегда много отдыхающих, обновленный проспект вместе с фонтанами парка Победы повысит туристическую привлекательность. Кроме скверов, здесь приводят в порядок фасады многоквартирных домов, таким образом в горхозе надеются к концу года показать пример комплексного благоустройства.
Я живу в Гагаринском районе, а в Андреевке бываю реже, чем раз в год.
Так почему, наблюдая за тем, как преображается территория у администрации Гагаринского района и вдоль проспекта, я вспоминаю, в каких условиях занимаются дети в сельском клубе и «убитый» школьный двор в Андреевке?
Потому что так можно написать про любое село. Да, в сельских районах тоже многое меняется — строят спортивные объекты и новые детсады, ремонтируют клубы и школы, появляются новые скверы, как в поселке Солнечный.
Но если бы меня спросили – на что нужно потратить деньги, на бронзовые скульптуры для туристической привлекательности, или на ремонт школьного двора в Андреевке, мой выбор был бы очевиден.
Однако, когда речь идет о бюджете, севастопольцев – ни из города, ни из сельских районов – не спрашивают. Если в других регионах есть местные налоги, которые идут в бюджет муниципалитетов, то в Севастополе бюджет города, по сути, распределяет Правительство. Заксобрание его рассматривает и принимает, и порой депутаты меняют те или иные статьи расходов. Но инициативное бюджетирование, когда граждане вместе с муниципалитетами и законодательной властью решают, на что в первую очередь потратить средства, у нас пока никак не реализовано.
В этом году, как обычно, над главным финансовым законом города работают тихо и закрыто – даже общественные слушания по бюджету, вероятнее всего, пройдут в онлайн-формате из-за ограничений по коронавирусу. Впрочем, Михаил Развожаев обещал впервые привлечь к этому процессу муниципалов, чтобы при подготовке бюджета на 2021 год рассмотреть финансирование не только в разрезе отдельных отраслей, но и по «географическому принципу», то есть исходя из потребностей округов.
Так у Северной стороны и сельских округов, потребности которых никогда не были приоритетными, появился шанс на выравнивание бюджетной обеспеченности.
Вот простой пример из сферы транспортной доступности: в Севастополе
нет единого проездного для школьников. Чтобы отвезти ребенка с Северной стороны на занятия в город и обратно домой, нужно потратить более 200 рублей. А если детей двое? Кванториум, Малая академия наук, хореография от Сергея Полунина — для большинства детей Северной стороны эти возможности недоступны из-за транспортных расходов.
Катеров тоже не хватает – на все жалобы людей в Департаменте транспорта отвечают, что их постоянно ремонтируют и надо потерпеть неудобства. А программу покупки новых катеров обещают реализовать «в период 2021 — 2023 годов», что в переводе звучит как «неизвестно когда, но точно нескоро».
Но Севастополь не заканчивается на площади Захарова, не так ли? И там, в сельских районах, живут такие же севастопольцы, как мы. У нас один бюджет, и нельзя сказать, что селяне вкладывают в него меньше — они трудятся в полях и на виноградниках, торгуют легально, платят налоги. Так почему они должны выпрашивать свою долю? Ведь когда-нибудь денежный дождь над Севастополем закончится. Но у нас останутся наши фонтаны на миллиарды и красивая плитка на сотни миллионов, а у них — школьный двор в ямах.