Не было бы всех этих жертв, которые сегодня на юго-востоке произошли, если бы эти Харьковские договоренности материализовались. То есть если бы действительно все регионы юго-востока объединились, создали исполкомы, как было договорено в Харькове. Объединились, как некая сила. Им нужен был Координационный совет «Юго-Восток», который бы действовал быстро, жестко. Потому что сил с той стороны реальных не было. Но этого не случилось.
После проведения Харьковской встречи стали сыпаться администрации во всех областях юго-востока. Сыпаться – имеется ввиду присягать на верность новой власти.
Симферополь… Вечером 22 февраля, если мне память не изменяет, выступал спикер и говорил, что он за территориальную целостность Украины, а 23 проводился Горсовет здесь, в Севастополе, с повесткой «формирование исполкома». Очень долго шел. Ожидалось, что исполком будет создан. Я рассчитывал на то, что Яцуба станет председателем Исполкома, а я буду у него советником, направлять его в нужное русло. Это был бы самый приятный сценарий, особенно, если бы это было поддержано другими регионами.
Не случилось ни первого, ни второго, как известно. И это стало понятно уже после заседания «Республики», которое мы проводили здесь, наверное, часов в 11-12 дня, а митинг был анонсирован на 16 часов. В это время Горсовет еще заседал. Мы начали проводить заседание. Говорить особенно не о чем. Потому что непонятен был расклад внешний, в который придется играть. Оттуда от доверенных людей поступает информация, что они не принимают решение. То есть они принимают решение о том, чтобы провести референдум о создании исполкома. Это ни о чем. Потому что ситуация на тот момент определялась часами. И разные были предложения: обратиться к Путину, еще что-то сделать.
И вот тут Борис Дмитриевич Колесников «вылез» с предложением, которое с юридической точки зрения, мягко говоря, не безупречное, но звучало красиво, юридически наукообразно. То есть мы по Конституции имеем право выбирать себе мэра. Конституция – высший документ, а мы были этого лишены и поэтому будет законно, если мы такой вопрос поставим, наконец, историческое недоразумение преодолеем и выберем себе мэра. На тот момент мне показалось, что это очень хорошая идея. Это юридически похоже на правду, хотя, я думаю, это была ерунда, надо смотреть вслед за Конституцией, на кучу других законов, которые явно всему этому противоречили…
И мне предложили быть. В этом плане я понимал, что я для этого хорошая кандидатура с точки зрения революционного момента. Но надо было взять на себя другие ответственности. Это не значит просто выйти на трибуну. А что дальше произойдет? И возникало два вопроса, которые лично для меня были вопросами. Первое: это управление городом. Это же какая-то махина, в которой каждый день что-то происходит. Мусор надо вывозить и так далее. Пенсии платить… Я вообще без понятия, о чем идет речь. Я даже никогда не заморачивался на эту тему.
Есть много людей, которые совершенно не понимая каких-то явлений вне их, очень любят о них порассуждать. Я не отношусь к этой категории людей и поэтому я вообще эти мысли из головы вырезаю. Никогда особо не думал, как устроена городская власть, как там все это работает. Меня это особо не интересовало, потому что я никогда себя там особо не видел. А тут ответственность придется принять в том числе за это. Это первое. А второе, я понимал, какой сценарий может быть… Уже были погромы херсонской и николаевской администраций. Уже был майдан с его жертвами. Уже было понятно, что эта ситуация по-настоящему революционная. То есть за этим могут последовать жертвы и мне очень не хотелось на себя потенциально брать такой груз ответственности. Поэтому предложение в этом смысле оказалось неожиданным, хотя, безусловно, интересным с точки зрения момента.
Я взял время
подумать. Пошел подумал. Повторяю, прагматично. Первую ветвь мыслей я
рассказал. Негатив называется. Вторая мысль: а если нет, то что? Понятно, что.
Вариант с торжеством бандеровской армии, которая перешла Днепр, как было заявлено
за несколько дней до этого. Плюс было совершенно понятно, что у ребят нет
тормозов, а при отсутствии тормозов, они идут в разнос. Я имею ввиду этот новый
Верховный совет, который создан. Никакой оппозиции нет, а они сумасшедшие. Они
сами себя не остановят. У них моральных тормозов нет никаких. А Севастополь
вообще лакомый кусок, который их доставал много лет. То есть, что бы здесь
было, представить трудно. Хотя наверняка, хаотичное сопротивление возникло бы
все равно, которое, я думаю, очень жестко подавлялось. Поэтому выбирая из
плохого и очень плохого, пришлось выбрать плохое. То есть согласиться,
признать, что это правильный вариант на тот момент.
Алексей Чалый
