Рассказывает Сергей Кажанов:
Давайте вспомним, что митинги, которые происходили в Симферополе, не имели успеха. Долгое время Константинов бледный выходил к народу и не знал, что сказать. Татары были более организованные. Действительно, пролилась там первая кровь. Но переломить ситуацию кардинально в Симферополе не могли. Тогда, кстати, огромную помощь оказали, кстати, севастопольцы. Потому что, если бы 23 не было севастопольского митинга, не было бы огромного количества тех севастопольцев, которые сели в автобусы и приехали туда. Их встречали с ликованием. Потому что была огромная моральная поддержка. Севастополь с нами.
Рассказывает Вячеслав Горелов:
Мы такой реакции Севастополя ожидали. Ожидали, потому что мы чувствовали настроение в городе. Ведь не единомоментно мы к этому подошли. Мы чувствовали, как Севастополь относится к событиям в Киеве. Я еще почему говорю, что я этого ожидал.
Я накануне событий находился в Москве. В конце января - начале февраля я получил письмо по электронной почте от Сергея Кажанова «возвращайся в Севастополь». Я сказал, что возвращаюсь в Севастополь 20 февраля. Он написал: приезжай, тебя не хватает. Он не мог написать полный текст. Я понимал, что в Севастополе что-то готовится. А я, находясь в Москве, отслеживал каждый день события, которые происходили в Киеве. Я понимал, что Севастополь будет реагировать на эти события, так или иначе. Тем более, что в ноябре месяце 13 года мы готовили известное обращение к нашему Горсовету накануне тех событий, которые касались ассоциации с Евросоюзом. Вот тут был очень интересный момент.
Севастопольцы очень активно выступили за это обращение, а вот те, к кому мы подходили с просьбой это обращение подписать, те вели себя неоднозначно. И вот, конечно, когда события с Горсоветом уже разворачивались, когда Горсовет вел себя странно, я понимал, что это нормальная реакция этих людей. То есть реакция людей, севастопольцев и реакция Горсовета, что она будет разная, это было предсказуемо. А реакция севастопольцев была понятной. Севастопольцы показали себя с лучшей стороны. Ту книгу, которую мы сейчас готовим, мы посвящаем севастопольцам, потому что без их поддержки, без их помощи, без отрядов самообороны, было бы просто невозможно.
Вот когда говорят, что Севастополь - это особый город, сейчас это понимаешь особенно ярко. Это особый город, это невероятно просто. И мне кажется, что самое невероятное, что удалось сделать – этот импульс передать России. Я это ощутил, когда мы 18 марта вышли на Красную площадь, там был митинг. Когда мы шли к сцене, люди, которые там стояли на Красной площади увидели нас, севастопольцев, увидели флаг Севастополя и флаг России, это было такое великое единение, такое воодушевление тем, что происходит, потому что Красная площадь до государственного исторического музея была покрыта сплошь знаменами партий, общественных движений, флагами России. Это было искреннее воодушевление, подъем людей. Было холодно, было ветрено, а люди пришли, потому что они так хотели, так чувствовали.
