Разведчики Черноморского флота в годы Великой Отечественной войны действовали там, где линия фронта заканчивалась и начинался тыл немецко-фашистской армии. Разведотряд добывал сведения о силах врага, выявлял его позиции в самых сложных условиях. Эти данные, нередко добытые ценой жизни, напрямую влияли на ход наших диверсионных операций.
ЕЛЕНА ШИПИЦЫНА, научный сотрудник Музейного историко-мемориального комплекса «35-я береговая батарея»: «Особо отличился созданный осенью 1941 2-й разведывательный отряд разведотдела штаба ЧФ, предназначенный для ведения разведки и диверсионных действий на суше. В его состав вошли смелые, отчаянные люди: капитан Топчиев, комиссар Латышев, мичман Волончук, старшина Аникин и другие. Многие разведчики погибли, но их имена, также как, имена выживших, навсегда вошли в историю героической обороны Севастополя».
Одной из первых операций 2-го разведывательного отряда стал рейд на Евпаторию в ночь с 5 на 6 декабря 1941 года. Разведгруппа Черноморского флота под командованием капитана Василия Топчиева и комиссара Ульяна Латышева высадилась в порту города и действовала скрытно. Разведчики разделились: старшина Михаил Аникин вышел к аэродрому и захватил пленного, а основные силы под руководством мичмана Фёдора Волончука заняли полицейский участок, освободили арестованных, собрали оружие, отбили атаку подошедших солдат и подожгли здание жандармерии. Завершив рейд, разведчики забросали причал и стоявшую шхуну зажигательной смесью и вернулись на катера.
За организацию работы 2-го разведывательного отряда отвечал полковник Дмитрий Намгаладзе – начальник разведотдела штаба Черноморского флота.
ЕЛЕНА ШИПИЦЫНА, научный сотрудник Музейного историко-мемориального комплекса «35-я береговая батарея»: «Полковник Дмитрий Багратович Намгаладзе, руководя разведкой ЧФ, фактически участвовал в планировании всех операций, обеспечивая командование сведениями, необходимыми для решения поставленных задач».
Разведчики Черноморского флота неоднократно срывали планы противника, действовали в тылу при обороне Севастополя и поддерживали связь с крымскими партизанами. Разведгруппы обеспечивали подготовку десантов в Керчи, Феодосии, Евпатории и Новороссийске.
ЕЛЕНА ШИПИЦЫНА, научный сотрудник Музейного историко-мемориального комплекса «35-я береговая батарея»: «Сведения добывались представителями всех видов военной и военно-морской разведки: радиоразведкой, разведывательной и частично боевой авиацией. Разведывательными отрядами штаба флота, подводными лодками, надводными кораблями, частями береговой обороны, службой наблюдения и связей флота. В результате командующий ЧФ имел возможность систематически читать подлинные документы штаба 11-й немецкой армии».
В самом центре Севастополя установлен памятный знак разведчикам Черноморского флота, посвящённый их работе в годы Великой Отечественной войны. Монумент появился в 1984 году, к 40-летию освобождения Города-Героя, по инициативе командования Черноморского флота и ветеранов-разведчиков.
ВЛАДИМИР БУКРЕЕВ, председатель Совета ветеранов разведывательного управления Краснознамённого Черноморского флота: «Монумент был создан главным архитектором города Севастополя Баглей Алексеем Ивановичем и архитектором Шеффер Адольфом Львовичем, который спроектировал улицу Гагарина, улицу Горпищенко и другие объекты города Севастополя. И скульптором Сухановым Владимиром Евгеньевичем, который сделал памятник морякам эскадры медикам военно-морского госпиталя и многие другие. Строительные работы проведены строительным управлением Краснознамённого Черноморского флота под руководством генерала майора Кима Вячеслава Ильича».
В монументе не прослеживается пафосного героизма – перед нами собирательный образ людей, навсегда оставшихся в памяти города.
ВЛАДИМИР СУХАНОВ, скульптор: «Моряк и офицер в фуражке, надо было вписать в квадраты, чтобы не было ничего лишнего, одни лица. Посредине щит, карающий с мечом, и по щиту написано «Бойцам невидимого фронта разведчикам Черноморского флота». По бокам два таких пилончика с оружием – как крылья».
КИРИЛЛ САПОВИЧ, корреспондент: «Этот памятник спрятан в глубине Екатерининского сквера. При высоте почти шесть метров он не притягивает взгляд, оставаясь сдержанным, без лишних деталей. Такой же строгий, как и работа разведчиков. Этот памятный знак – дань уважения тем, чья опасная служба всегда оставалась незаметной. Об этом говорит и короткая фраза, знакомая каждому разведчику: «Мы там, где нас нет».
Кирилл Сапович, Дмитрий Фомин, «Севинформбюро»
