Гибель офицеров, чья войсковая часть подчинена Главному управлению глубоководных исследований, продолжает оставаться одним из общественно значимых событий.
Теперь, когда появился список погибших, ясно, что двое
из них – уроженцы Севастополя, окончившие знаменитую «Голландию». То есть – Севастопольское высшее военно-морское
инженерное училище.
Первый из них, 47-летний капитан первого ранга Андрей Воскресенский, окончил учёбу в 1994-м году, по специальности «Атомные энергетические установки подводных лодок и их боевое использование». После этого – переехал на материк, где и нёс свою службу Родине, вплоть до последнего трагического похода.
«В последние годы вместе с семьёй Андрей Воскресенский жил в Ленинградской области в городе Сосновый Бор. Он женился на дочери подводника, контр-адмирала, почётного гражданина Соснового Бора Владимира Бедердинова. За переход вокруг Земли в подводном положении Бедердинов получил Орден Красного знамени. Он был руководителем Учебного центра ВМФ в Сосновом Бору.
У капитана остались 15-летний сын и 23-летняя
дочь».
О втором моряке, также капитане первого ранга,
Владимире Абанкине, известно немногим больше. Но в Севастополе живут
люди, которые хорошо знали этого выпускника «Голландии». Он окончил Севастопольское
высшее военно-морское инженерное училище на 3 года раньше Воскресенского.
Вот что сказал об офицере его бывший преподаватель Павел Афиногенович Пономаренко.
По словам Александра Скубанова, который служил вместе
с Абанкиным на флоте, погибший офицер был профессионалом высокого класса.
Вот такая довольно скупая информация, да. Но стоит
понимать, что Главное управление глубоководных исследований, ГУГИ – это
засекреченная структура, не имеющая аналогов ни в одних военно-морских силах
ведущих стран мира.
А не имеет ГУГИ аналогов потому, что и у наших геополитических противников, и у союзников попросту нет атомных глубоководных станций. Которые нашим морякам достались в наследство от СССР и не были бездарно профуканы в 90-е, а сохранены и доведены до ума уже в путинское время. Служба в таких структурах, как ГУГИ, это всё равно, что исследования космоса. Только секретные и без права даже рассказать родным, за что получил очередное звание или звезду Героя России.
Все, кто имеет отношение к ВМФ, это понимают. Равно как понимают беспрецедентную степень открытости отечественного Минобороны, опубликовавшего список погибших в Баренцевом море офицеров.
Этот список, кстати, вывешен на главной странице сайта, принадлежащего «Союзу выпускников Севастопольского высшего военно-морского инженерного училища».
Там моряки отдают дань памяти своим однокашникам,
напоминая, когда и где состоится их погребение.
«Члены Союза, выпускники и ветераны СВВМИУ, потрясены гибелью лучших моряков-специалистов Военно-морского флота Отечества. Ветераны-гидронавты Союза с особой болью воспринимают гибель своих учеников-последователей исследования Мирового океана и защиты глубоководных рубежей Родины.
Выражаем искренне соболезнование родным и близким погибших подводников гидронавтов.
Мы всегда будем помнить ваш подвиг, дорогие наши ребята!»
Такие они, наши моряки. И жители Севастополя, помимо
зажравшихся чиновников, тоже такие. Поэтому я не удивлюсь, если в родном городе
вскоре появятся улицы имени Андрея Воскресенского и Владимира Абанкина. Более
того, в случае избрания депутатом Заксобрания Севастополя я лично появление
таких улиц инициирую.
Да, и, кстати, список выпускников Севастопольского высшего военно-морского инженерного училища, обладающих высокими наградами, пополнился обоими капитанами первого ранга. Андрей Воскресенский получил посмертно звание Героя России, Владимир Абанкин – Орден Мужества. Информация о награждении всех погибших членов экипажа атомной глубоководной станции «Лошарик» появилась на официальном сайте Кремля в полдень 5-го июля.
И зря либерал Кашин написал на сайте оппозиционного
«Дождя» своё: «Мы не знали
их имен при жизни и вряд ли запомним сейчас. Судя
по всему, они были не худшими нашими современниками
и соотечественниками, но нам об этом знать не положено».
Врёте, Кашин. Мы запомним их имена. И
сделаем всё, чтобы память о них, несмотря на секретность выполняемого ими
задания, осталась в обществе. Как минимум – в форме названных в честь
гидронавтов улиц их родных городов.
