«Приятная весна обратно к нам спешит,
И птичек, и цветы, и голос мой живит.
Какую ж новопеснь на лире я настрою?»
Эти строки Василий Васильевич Капнист (1758–1823) написал в 1784 году — в стихотворении «На завоевание Тавриды». Сам поэт к тому времени ни разу не бывал на полуострове: Крым был для него скорее историческим событием, чем реальным местом.
Впервые он увидел Тавриду лишь в 1803 году — и в стихах появился другой Крым: с тенистыми рощами, виноградниками, горными ручьями и тихим счастьем дружеского общения.
«Земли тот уголок счастливый Всех боле мест манит мой взор…»
Поэт мечтал поселиться близ Судака, где находилось имение его старшего брата Петра. Но за красотой крымских пейзажей Капнист видел и другое — следы древних цивилизаций, которые постепенно исчезали.
В 1819 году Капнист вновь путешествовал по Крыму: Севастополь, развалины древнего Херсонеса, Бахчисарай, Симферополь, Судак. Увиденное вызывало не только восхищение, но и тревогу. Памятники разрушались буквально на глазах: камни античных сооружений разбирали для нового строительства. То, что пережило многие столетия, исчезало под руками современников.
20 декабря 1819 года Капнист обратился к министру духовных дел и народного просвещения князю А. Н. Голицыну с письмом, в котором предупреждал:
«Малейшее упущение времени и коснение в принятии нужных мер осторожности лишит… изыскателей последнего средства к открытию древностей».
Особенно тревожила поэта судьба Херсонеса. В записке он приводил поразительный пример:
«Близ Севастополя в недавнем еще времени были видны довольно пространные развалины стен древнего Херсона… теперь уцелел только один двадцатисаженный обломок, и то уже в середине подрытый…»
Капнист предлагал прежде всего запретить использование остатков древних зданий и крепостей для казённого и частного строительства. А кроме того — направить в Крым «учёных людей» для изучения древностей, пока не стало слишком поздно.
Инициатива Капниста получила продолжение: в 1821 году в Крым направилась экспедиция во главе с академиком Е. Е. Кёлером, в которой участвовал архитектор Е. Ф. Паскаль. Экспедиция продолжалась около пяти месяцев и охватила обширную территорию от Одессы до Таманского полуострова.
Забота Капниста о древностях не была случайным увлечением. Он много лет изучал античную литературу, особенно Гомера, и даже пытался доказать, что странствия Одиссея происходили не в Средиземном, а в Чёрном и Азовском морях. В крымских бухтах, долинах и скалах он искал следы гомеровского мира. Сегодня эти географические построения интересны прежде всего как история научной мысли. Но важно другое: Капнист видел в древних камнях свидетельства исчезнувших цивилизаций. Разрушение памятника означало для него утрату знания, которое уже невозможно восстановить.
Эту тревогу разделял и его сын Семён Капнист. В стихотворении «Вечер в Тавриде» он написал:
«А там потомок дерзновенный,
Корыстью алчною в невежестве влеком,
Ломает памятник священный:
Из древних мраморов себе он строит дом».
Василий Капнист вошёл в историю русской литературы как поэт, сатирик и автор комедии «Ябеда». Но в истории Крыма осталось и другое его дело — настойчивое требование сохранить то, что уцелело от древнего Херсонеса.
Он одним из первых открыл Тавриду для русской поэзии, а спустя годы попытался уберечь от исчезновения её подлинную историю.
