Ученика качинской школы №13, которую на время ремонта перевели в здание образовательного учреждения в Орловке, не берут в школьный автобус. Из села Вишнёвое ребёнок проходит почти три километра по оживлённой трассе, чтобы успеть на уроки во вторую смену – общественный транспорт в это время не ходит. Родители уверены, что ежедневно рискуют здоровьем мальчика из-за бюрократии.
Каждый день путь в школу и домой третьеклассник Илья преодолевает вместе с мамой. Одного мальчика не отпускают: дорога долгая и небезопасная. Туда и обратно – больше пяти километров вдоль оживлённой трассы.
«Здесь нет тротуара, здесь днём придорожное кафе и часто стоят большегрузные машины. И идти здесь одному опасно, и даже не одному не совсем безопасно. То есть вот этот участок дороги никак не оборудован, чтобы люди могли добираться до Вишнёвки, до ближайших сёл».
В это время остальные ученики орловской школы едут в Вишнёвое на школьном автобусе. А мальчик, который числится в образовательном учреждении в Каче, такого права не получил. Когда всех учеников и учителей на время ремонта школы №13 перевели в здание в Орловке, родителей попросили написать заявление на подвоз. С просьбой забирать ребёнка из Вишнёвого обратилась и мама Ильи, но получила отказ.
ЖАННА АЛЕКСЕЕВА, жительница села Вишнёвое: «И так как две школы находятся в одном помещении, я даже не представляла, что возникнет проблема внести в списки данные моего сына от Вишнёвого до Орловки. Я обратилась в чате Правительства Севастополя к Департаменту образования, написала заявление директору школы №13, директору школы №46 – на это всё я получила отказ».
В качинскую школу, которую родители Ильи выбрали из-за качества образования, мальчика подвозили знакомые. А возможности добираться на машине в Орловку, где третьеклассник учится во вторую смену, у семьи нет. Общественный транспорт в это время тоже не ходит.
ЖАННА АЛЕКСЕЕВА, жительница села Вишнёвое: «Так как 38-й автобус прямой не ходит с 10:40 до 13:50, то нам приходится идти пешком до Орловского моста. И там в это время нет 36-го, и эти 15 минут нам либо ждать 36-й, либо дойти пешком».
Несколько раз родители обращались к директору школы и в профильный Департамент. И в ведомстве, и в образовательном учреждении им предложили два одинаково абсурдных решения проблемы: доезжать до Качи, путь в которую проходит через Орловку, чтобы мальчик сел на школьный автобус и поехал обратно, или просто перевести ребёнка из 13-й школы 46-ю.
О своей проблеме Жанна рассказала и в соцсетях. Женщина не ожидала такого количества негативных комментариев: больше всего людей волнует, что родители «идут на принцип» и не переводят ребёнка в школу №46.
ЖАННА АЛЕКСЕЕВА, жительница села Вишнёвое: «Я не знаю, как люди могут такое предлагать, есть ли у этих людей дети. То есть они предлагают сменить ребёнку мир, в котором он живёт, дружит, учителя на другое место в этом же здании? Зачем?»
Когда родители поняли, что попытки бороться с бюрократической системой ни к чему не приводят, и уже почти месяц ребёнку приходится ходить в школу 3 км пешком, они обратились в прокуратуру. В надзорном ведомстве по этому поводу организовали проверку.
МАРИНА КУЗЬМЕНКО, старший помощник прокурора Севастополя по взаимодействию со средствами массовой информации: «Прокуратура города Севастополя проводит проверку по обращению местной жительницы и публикации в средствах массовой информации по вопросу обеспечения подвоза малолетнего ребёнка в образовательное учреждение. Надзорным ведомством истребованы документы, касающиеся перевозок детей школьными автобусами в данном районе, а также обеспечения детей транспортной доступности в данном районе. При наличии оснований, в случае выявления нарушений будут приняты исчерпывающие меры прокурорского реагирования с целью защиты прав ребёнка».
Казалось бы, задача не самая сложная и решается в одно действие – достаточно просто разрешить ребёнку ездить в школьном автобусе по заявлению мамы. Чтобы выяснить, возможно ли это сделать и почему вообще сложилась такая ситуация, мы также обратились в Департамент образования и науки Севастополя.
Валерия Солдатенкова, Юрий Реутин, «Севинформбюро»
