Севастопольскому художнику Геннадию Григорьевичу Зарубину исполнилось 75 лет. Родился живописец 17 апреля, и почти вся его жизнь прошла в безмолвном, но очень насыщенном диалоге с Балаклавой, которую он выбрал своей главной темой. Город на его полотнах почти всегда узнаваем, но никогда не бывает одинок. Старый дворик, набережная, горы – один и тот же мотив под его кистью проживает десятки разных жизней, и в каждой из них есть что-то глубоко личное, почти сокровенное.
ТАТЬЯНА МИХНО, балаклавская художница: «Вы знаете, вот есть такое отличие от, может быть, от многих мастеров искусства. Он пишет скалы, утёсы, горы, у него настолько такой лучезарный строй краски, оно всё играет, оно всё оживает, потому что обыкновенным глазом человек может не увидеть, это излучение, преломление света, луч солнца. Он это всё улавливает, всё он это показывает. Ну и, естественно, у него такой дар композитора, можно сказать. Композиционно он очень хорошо пишет и Балаклаву, и эти горы, и скалы, всё очень хорошо. Но больше всего мне нравится его натюрморты».
Геннадий Зарубин – давний и уважаемый участник творческого союза «Балаклавская палитра», объединения, которое с 1999 года собирает художников, скульпторов, керамистов, влюблённых в этот удивительный уголок Крыма. Здесь его знают как мастера, который всегда добивается того, чтобы зритель останавился у его работ надолго – всмотрелся, узнал знакомые улочки и бухты, а потом вдруг нашёл в них что-то совершенно новое.
ТАТЬЯНА МИХНО, балаклавская художница: «Самый тихий, самый скромный, самый такой симпатичный в своей скромности человек нашего коллектива. Потому что первый раз, когда мы собирались, вот, ну, все как-то разговаривали, общались, даже пленэры проводили, и мы все общались, очень много общались. Геннадий он какой-то закрытый. И я все время наблюдала за ним и думала: «Вот ведь какой человек – такая живопись». А тут нет, совершенно другое. Я увидела, как он пишет, какие создает он шедевры, можно сказать. Вот у меня сложилось впечатление совсем другое об этом человеке. У него внутренний мир очень богат, он очень скромный, тихий. А внутри душа тонкая, восприимчивая очень. Конечно, как правило, таких людей нужно оберегать».
Для Геннадия Зарубина 75 лет – это повод прийти в мастерскую, взять кисть и встретить новый рассвет над бухтой. Ведь Балаклава на его холстах продолжает жить, дышать и открываться нам с новой, ещё неизведанной стороны.
