Есть расхожая фраза «земля под ногами будет гореть». Мы её используем, но можем ли мы представить, что это означает в действительности? Немцы на оккупированной территории СССР это не просто представляли, они это ощущали на своей шкуре денно и нощно. И в Севастополе. Да, ценой неимоверных усилий и огромных жертв они смогли после 250 дней боев захватить этот клочок каменистой земли на берегу Черного моря. Они считали, что пришли сюда навсегда, даже название городу дали другое – Теодорихсхафен. Но стали ли они хозяевами этой земли?
Подпольных патриотических групп в Севастополе действовало не одна и не две. Все они были самодеятельные! Это надо очень хорошо понимать. В Севастополе не удалось создать заранее подготовленное подполье. Мощное патриотическое движение в оккупированном городе – это действия не по приказу из Москвы, а по приказу своего собственного сердца. Множество военнопленных, жители города, вынужденные идти работать на немцев, чтобы не умереть с голоду – вот они и становились подпольщиками. Вне зависимости от пола и возраста. Всё организовывали самостоятельно, так, как считали нужным и возможным.
Инкерманская группа подпольщиков
Инкерманская группа занималась сбором разведданных, переправкой бежавших из лагерей военнопленных в лес, снабжением их документами, продуктами питания. Павел Автономович Петровский до войны был учителем в школе. С первых дней оккупации города стал управляющим созданного немцами госимения «Инкерман». Он занимался подбором людей для подпольной работы. Это он под угрозой расстрела в марте 1944 г. давал разрешение отпускать со склада госимения овощи и фрукты, которые переправлялись в партизанский отряд.
Подпольную работу проводили работники больниц и поликлиник, врачи и медсестры санэпидемстанции, жители Балаклавы, окрестных сел. Одна из самых эффективных групп действовала в мастерских Военморпорта. Это группа под руководством Павла Даниловича Сильникова.
Группа Сильникова
В списке группы Мария Гаврильченко. Во время обороны она была медсестрой в военно-морском госпитале. Попала в плен, бежала, поселилась в доме у Григория Максюка, которого знала по работе в госпитале. Мария устроилась работать статистиком на биржу труда. Эта работа давала много возможностей: Мария обеспечивала документами многих жителей и военнопленных, тем самым она спасала их от угона в Германию. Мария имела доступ к спискам агентов СД, которых немцы засылали на предприятия как осведомителей. И появление агентов уже не было неожиданностью для рабочих предприятий.
Мария Гаврильченко рассказывала, как слушали сводки Совинформбюро:
«Приемник ставили на кровать, обкладывали подушками, чтобы не так было слышно, а также для предосторожности заводили патефон. Я и Андрей Максюк записывали сводки, делая это вдвоем для того, чтобы не пропустить чего-либо. Сводки эти мы передавали утром заходившему к нам Сильникову, и они распространялись на заводе, а я распространяла их на бирже труда среди населения».
Работает подполье
Немцы допустили к ремонту моторов барж и кораблей мастера точной механики Александра Мякоту. Он умел делать расчеты по минированию с такой точностью, что отремонтированные суда выходили из севастопольских бухт, их ремонт принимали профессионалы, немецкие специалисты. Но судно-то было заминировано! В открытом море при малейшем шторме оно взрывалось. Вот такой качественный ремонт обеспечивали севастопольцы!
В музее есть несколько перстней и заготовок к ним. На них выгравированы контуры Крымского полуострова, надпись на немецком языке «Krim». Это тоже работа Александра Мякоты. Эти перстни он дарил в качестве сувениров представителям германских служб, надо же было каким-то образом входить к ним в доверие.
С августа 1943 года группа Павла Сильникова активизировала работу по привлечению к подпольной деятельности новых людей. К сожалению, конспирация была недостаточной, и в организацию проник провокатор...
Мы помним имена героев, но и предателей надо называть поименно, они и на том свете покоя знать не должны. Иван Серенко был летчиком авиации Черноморского флота, защищал Севастополь. Как тысячи наших бойцов, попал в плен. Только в плену он добровольно пошел на службу к немцам, стал агентом СД. Он вошел в доверие к Сильникову, проник в группу. И выдал её немцам! За два дня октября 1943 года были арестованы и расстреляны 8 членов группы. За это Серенко был переведен на должность следователя криминальной полиции. Потом пришла весна 1944 года и немцев из Крыма наша армия погнала. Серенко эвакуировался вместе с составом полиции, предатели бежали. Однако недалеко. Был пойман, в 1946 году осужден на 25 лет. Искупил вину? А такую вину как можно искупить? Как Серенко закончил свою жизнь, в музее сведений нет. После отсидки жил в Ташкенте.
Имя Павла Сильникова носит небольшая улица в центре Севастополя.
Павел Сильников с товарищами после пыток были расстреляны.…
Продолжение следует.
